СИЛЬВЕСТР I

Отсутствие сведений о действиях Римского епископа в ключевой для распространения христианства период создавало лакуну в истории Римской Церкви. Это привело к появлению легендарных сказаний, в которых «почти неиссякаемое, хотя и нередко тяжеловесное воображение» (Levison. 1924. P. 186) позволяло «выстраивать самые фантастические сюжеты на самой скромной исторической основе» (Бойцов. 2009. С. 226). Получив широкое распространение, предания о С. и об имп. Константине во многом определяли восприятие церковной истории на Западе и на Востоке не только в средние века, но и в Новое время.

Сотрудничество Римского епископа и императора, сделавшее возможным торжество христианства в империи, впервые было подробно описано в соч. «Деяния Сильвестра» (Actus Silvestri; CPL, N 2235). Лат. текст, сохранившийся не менее чем в 350 рукописях (Pohlkamp. 1992. S. 142; Wirbelauer. 2015. P. 321-322), имеет сложную лит. историю. Согласно В. Левизону, первоначально была составлена пространная редакция А, в к-рой текст разделен на 2 книги и снабжен прологом; в более поздней редакции B значительная часть текста подверглась сокращению, но в отдельные места внесены дополнения. В этих редакциях Левизон выделил «чистые» варианты A1 и B1 и «смешанные» варианты A2 и B2, в которых заметно взаимное влияние обеих редакций (Levison. 1924. P. 169-175, 191-200). Предположение о том, что обе редакции были составлены одним автором и почти одновременно (Ibid. P. 207, 211), не получило поддержки др. исследователей (напр.: Pohlkamp. 1992. S. 172-173). Не позднее IX в. была составлена редакция C, которую Левизон рассматривал как контаминацию А1 и В2 (Levison. 1924. P. 215-224). В. Полькамп согласился с мнением о 3 редакциях, но предложил скорректировать выделение вариантов А1/А2 и B1/B2, т. к. в рукописях представлены гл. обр. смешанные формы, которые различаются многими деталями. Поэтому текст первоначальной редакции вряд ли можно восстановить (Pohlkamp. 1992. S. 140-149). Выводы Полькампа, как правило, принимаются в совр. историографии (напр.: Canella. 2006. P. XV-XVII; Wirbelauer. 2015. P. 321-324). Неск. строк из «Деяний...» сохранилось на фрагменте листа-палимпсеста V в., который считается старейшей латинской агиографической рукописью (Klagenfurt. Universitätsbibl. Perg. Hs. 48; см.: Pohlkamp. 1992. S. 128-129). Самая ранняя рукопись с полным текстом «Деяний...» (редакция B) - «Кодекс Вельзера» (Monac. Clm. 3514, сер. VIII в.). Из неск. старопечатных изданий (Pohlkamp. 1992. S. 133-138) чаще всего используется текст редакции C, опубликованный миланским гуманистом Бонином Момбрицием (Mombritius. 1910). Цитаты из редакции А приведены в работах Полькампа; по 3 редакциям издан фрагмент «Деяний...» (диспут с иудеями - Canella. 2006. P. 269-309).

«Деяния Сильвестра». Лист из Кодекса Вельзера. Сер. VIII в. (Monac. Clm. 3514 Fol. I)Пролог, в к-ром автор обращается к неназванному лицу (domine sancte ac beatissime pater), содержит ложную атрибуцию сочинения еп. Евсевию Кесарийскому. Кроме «Церковной истории» Евсевий якобы составил 20 книг о подвигах святых, где описал также историю «апостольских престолов» Рима, Антиохии, Иерусалима, Эфеса и Александрии; из этого произведения заимствованы сведения о С., переведенные на лат. язык. В 1-й книге «Деяний...» описаны юность С. во время гонений на христиан, его деятельность во главе Римской Церкви и крещение имп. Константина. Мать С., вдова Юста, отдала мальчика пресв. Кирину, который воспитал его в благочестии. Когда в Рим из Антиохии прибыл проповедник Тимофей, С. не только дал ему приют, но и помогал обращать язычников в христианство. По прошествии года и 3 месяцев Тимофей был схвачен по приказу префекта Перпенны Тарквиния, подвергнут пыткам и обезглавлен. Похитив тело мученика, С. призвал еп. Мильтиада и клириков, к-рые похоронили его в саду христианки Теоны рядом с могилой ап. Павла. Префект велел привести С., рассчитывая получить от него имущество казненного Тимофея. Узнав, что мученик не оставил наследства, он потребовал, чтобы юноша поклонился идолам, угрожая ему пытками. Получив отказ, префект отправил С. в тюрьму, но в тот же день подавился рыбной костью и умер. Христиане во главе с еп. Мильтиадом освободили С., который в возрасте 30 лет стал диаконом, затем - пресвитером. После кончины еп. Мильтиада С., отличавшийся многочисленными достоинствами, был единогласно избран на епископскую кафедру. Он проявил себя как образцовый пастырь: знал в лицо всех подчиненных, внимательно относился к духовенству, не слушал клеветников, заботился о вдовах и сиротах, поощрял усердие благочестивых христиан, оказывал особое покровительство жен. мон-рям. Церковные доходы С. велел делить на 4 части, предназначенные для содержания церквей и кладбищ, бедных клириков, всех нуждающихся, а также странников. Когда христианин завещал имущество Церкви, С. разыскивал возможных наследников и отдавал им часть имущества, освобождал рабов, чтобы Церковь не подвергалась нареканиям. По примеру еп. Евфросина, исповедника и чудотворца, прибывшего из Памфилии, С. ввел новое богослужебное облачение - белый колобий (широкая туника без рукавов), который якобы надевал ап. Иаков. В Риме колобий использовали при епископах Марке, Юлии I и Либерии, но впосл. заменили далматикой (с рукавами). Устанавливая праздничные и постные дни недели, С. велел христианам поститься в среду, пятницу и субботу, а четверг и воскресенье считать праздниками по совету еп. Евфросина, к-рый ссылался на апостольское предание. В ответ на возражения «христианнейших и ученых греков» С. объяснил, что каждую субботу христиане вспоминают пребывание Христа во гробе, а четверг - день Вознесения Господня, Тайной вечери, приготовления хризмы и примирения кающихся с Церковью.

Крещение имп. равноап. Константина св. Сильвестром. Роспись «Зала Константина» Папского дворца в Ватикане. Мастерская Рафаэля. 1508–1517 гг. Фото: Darafsh/Wikimedia CommonsКогда был издан закон о принуждении христиан поклоняться идолам, С. со всем духовенством покинул Рим и удалился на гору Сирапт (Соракт, ныне Соратте). Тем временем имп. Константин, отправивший на казнь мн. христиан, заболел проказой. «Понтифики Капитолия» посоветовали ему искупаться в свежей крови младенцев. По приказу императора более 3 тыс. младенцев собрали в Риме и отдали жрецам. Когда император отправился на Капитолий, чтобы получить исцеление, он увидел множество рыдающих женщин, у которых отняли детей. Потрясенный зрелищем, Константин отказался от своего намерения. В пространной речи императора «жестокость понтификов» противопоставлена «римскому благочестию» (uicit crudelitatem pontificum pietas Romani imperii). Указывая на традиц. рим. ценности, «благочестие» (pietas - исполнение долга людей в отношении богов) и справедливость (iustitia), император напомнил, что «достоинство Римской империи исходит из источника благочестия» (Romani imperii dignitas de fonte nascitur pietatis). Хотя римляне всегда одерживали верх над врагами, им следует научиться побеждать самих себя и ставить волю богов выше человеческих желаний. Подлинный победитель - человек, «побежденный» добродетелями (uictoriam obtinet uictus), и только такой человек может быть властителем. Император отдал детей обратно матерям, одарил их и отправил на родину. Ночью Константину явились апостолы Петр и Павел, к-рые велели ему вернуть С. в Рим, чтобы тот приготовил «купель благочестия» и возвратил ему здоровье. Константин должен был уверовать в истинного Бога и прекратить гонения на христиан. Наутро император послал воинов на гору Сирапт. Увидев их, С. приготовился к мученичеству, призвал клириков сохранить верность Христу и отправился навстречу гонителям; за ним последовали 300 пресвитеров и 5 диаконов. Вопреки ожиданию император приветствовал С. и попросил объяснить смысл видения. С. рассказал ему о Петре и Павле и показал их изображение, в к-ром император узнал апостолов. Когда Константин заявил, что уверовал во Христа, С. велел ему соблюдать недельный пост в качестве раскаяния за преследования христиан, а также простить должников гос-ва, даровать свободу заключенным и ссыльным, раздать милостыню. Возложив на императора руки в знак его принадлежности к катехуменам, С. вернулся к духовенству и назначил 2-дневный пост, возвестив окончание гонений и наступление «мира для Церквей». В Латеранском дворце была устроена купель, в к-рой С. крестил Константина с молитвой об очищении его души и исцелении тела, чтобы он стал «из гонителя учителем» (ex persecutore doctorem) и защищал Церковь. По окончании молитвы из воды раздались громкие звуки, а помещение озарил ослепительный свет. Поднявшись из купели, исцеленный Константин сказал, что ему явился Христос. На протяжении недели, пока император носил белые одежды новокрещеного, он каждый день издавал закон в пользу Церкви. Провозгласив Христа истинным Богом, он запретил богохульствовать и наносить вред христианам. Для строительства храмов была установлена десятина с имп. владений; храмы получили право убежища, а епископам была обеспечена церковная юрисдикция. Папа Римский был провозглашен главой всех христ. епископов (priuilegium ecclesiae Romanae pontifici contulit, ut in toto orbe Romano sacerdotes ita hunc caput habeant sicuti omnes iudices regem). На 8-й день Константин посетил могилу (confessio) ап. Петра, снял имп. диадему, простерся на земле и со слезами стал каяться в гонениях на христиан. После этого он заложил базилику во имя 12 апостолов и вместе с С. вернулся во дворец, где на следующий день велел начать строительство Латеранской базилики. Когда император объявил народу о своем обращении в христианство и пообещал щедро наделить милостыней бедняков-христиан, крещение приняли 12 тыс. взрослых мужчин, не считая женщин и детей. Но сенаторы не желали становиться христианами, поэтому Константин произнес речь с осуждением язычества и идолопоклонства, призвал народ почитать единого Бога и распространил на христ. духовенство все привилегии, к-рыми обладали языческие жрецы. Толпа, вдохновленная речью, потребовала закрыть языческие храмы и объявить язычников врагами гос-ва. Однако император запретил религиозное принуждение и провозгласил веротерпимость. Римляне отметили принятие христианства пышными торжествами.

Мать императора, Елена, жившая вместе с внуками Константом и Констанцием в Вифинии, приняла иудаизм. Услышав о крещении сына, она одобрила его отказ от язычества, но посоветовала ему поклоняться «Богу иудеев» и стать наследником царей Давида и Соломона. В ответ Константин велел устроить диспут о вере между иудеями и христианами. Елена собрала «всех фарисеев и всех начальников и наставников иудейских»; первосвященник Исахар (summus pontifex) притворился больным и послал вместо себя 12 «книжников, фарисеев, учителей и начальников». На диспут, состоявшийся в Риме 15 марта 315 г. (в редакции B - 15 авг.), собрались 75 епископов и 120 иудейских священников (sacerdotes). Арбитрами были назначены язычники, мудрый добродетельный философ Кратон и справедливый неподкупный государственный деятель Зенофил (praefectorius uir, qui consulatum idcirco promeruit; в редакции B об арбитрах не упом.). Подробное описание диспута занимает бóльшую часть 2-й книги «Деяний...» и содержит гл. обр. развернутые объяснения С., который излагает основные христ. догматы (в редакции B особое внимание уделено учению о божественной и человеческой природах во Христе). Когда 11 книжников признали поражение, маг Замбри (Замврий) попытался одержать верх с помощью волшебства: он велел привести свирепого быка и прошептал ему на ухо тайное имя Бога, после чего бык испустил дух (приведены объяснения Замбри об использовании имени Божия в магических целях). Но С. заставил противника признать, что тайное имя неспособно воскрешать умерших, и заявил, что имя, к-рое иудеи приписывали Богу, на самом деле было именем демона. Взяв с иудеев обещание стать христианами, С. молитвой воскресил быка. После этого не только книжники, но и Елена с внуками и приближенными, а также Кратон и Зенофил уверовали во Христа. Христианство восторжествовало во всей Римской империи. Языческие жрецы предприняли последнюю попытку изменить положение. Они сообщили императору, что глубоко под землей в Риме живет дракон, к-рого ранее кормили весталки; когда его прекратили кормить, он ежедневно стал убивать ядовитым дыханием более 6 тыс. чел. Жрецы во главе с городским префектом Кальпурнием пообещали принять христианство, если С. избавит их от чудовища. По совету ап. Петра, к-рый явился ему в видении, С. вместе с пресвитерами Теодором, Дионисием и Фелициссимом и диаконами Гоноратом и Романом спустился в подземелье, отведав чудесного хлеба с могилы апостола, к-рый защитил их от ядовитых испарений. Именем Христа С. обездвижил дракона, обмотал его пасть конопляной веревкой и запечатал воском, после чего запер бронзовые двери и закрепил их цепью. На обратном пути клирики спасли магов Порфирия и Торквата, к-рые пытались проследить за ними, но были отравлены испарениями (в редакции B эпизод помещен перед рассказом о крещении Константина и содержит ряд расхождений с редакцией A). После победы С. над драконом приняли крещение 30 тыс. мужчин, не считая женщин и детей. Имп. Константин призвал всех жителей империи чтить единого Бога.

Заключительная часть «Деяний...» в рукописях различается, поэтому неясно, как именно завершался текст в первоначальной редакции. Так, в рукописи Vat. lat. 5771 (IX в.) концовка в виде краткой биографической справки о С. заимствована из Liber Pontificalis; за ней следует сказание об основании К-поля (BHL, N 7733-7734). В рукописи St. Gallen. Stiftsbibl. 567 (IX в.) текст завершается краткой похвалой С. с повествованием о его прощании с клириками, кончине и погребении и упоминанием о чудесах на его могиле; далее помещены рассказы об основании К-поля и об обретении Креста в Иерусалиме (BHL, N 7735) (см.: LP. T. 1. P. CXII; Loenertz. 1975. P. 437-438; Pohlkamp. 1992. S. 140, 184-187; Canella. 2013. P. 245).

Исследователи высказывали разные предположения о причинах и об обстоятельствах составления «Деяний...». Обычно их определяют как «исторический роман» (Levison. 1924. P. 214) с элементами агиографии, утверждение почитания С. вряд ли было основной задачей составителя (Pohlkamp. 2008. S. 285). Главная тема «Деяний...» - торжество христианства в Римской империи благодаря сотрудничеству С. и Константина. При этом внимание уделено и др. темам: превосходству христианства над язычеством и иудаизмом, определению христ. ортодоксии, обоснованию духовного авторитета и привилегий Римской Церкви (Levison. 1924. P. 186-187; ср.: Sessa. 2010. P. 86). Автор игнорировал исторические обстоятельства и реальные события эпохи Константина, к-рые были ему известны, и последовательно прибегал к художественному вымыслу (Ehrhardt. 1960. P. 291). Имена мн. персонажей произвольно заимствованы из различных источников. Так, имя философа Кратона происходит скорее всего из Иоанна Деяний, а Домиций Зенофил - историческое лицо - консул 333 г., занимавший важные гос. должности при имп. Константине (Beynast. 2010; ср.: Levison. 1924. P. 188). Могила мч. Тимофея (пам. 22 авг.), пострадавшего в нач. IV в., действительно находилась близ базилики ап. Павла. Имя Замбри скорее всего восходит к апокрифу «Ианний и Иамврий», а мотив принятия имп. Еленой иудаизма, возможно, заимствован из латинского перевода «Иудейской войны» Иосифа Флавия, где речь шла о Елене, матери адиабенского царя Изата II (Ehrhardt. 1960. P. 309). Переосмыслению в свете авторской концепции подвергаются элементы городской топографии Рима. Так, Капитолий представлен как средоточие рим. язычества, где обитают «понтифики», могущественные противники христианства (Moralee. 2018. P. 201-203). Центром христианства является Латеранский дворец, где император принимает крещение и затем строит базилику (Pohlkamp. 1984. S. 372-375, 380). Важнейшая христ. святыня - усыпальница ап. Петра: перед ней император снимает диадему и простирается в знак покаяния. Т. о., языческому Капитолию, где совершались кровавые магические ритуалы, противопоставлены христ. храмы, где верующие каялись и очищались от грехов (Moralee. 2018. P. 127-129). Возможно, прерванное шествие императора на Капитолий, к-рое положило начало его обращению в христианство, основано на воспоминаниях об отказе Константина совершить языческое жертвоприношение после вступления в Рим (Pohlkamp. 1984. S. 386-391).

Св. Сильвестр показывает имп. равноап. Константину икону апостолов Петра и Павла. Роспись капеллы Сан-Сильвестро в ц. Санти-Куатро-Коронати в Риме. 1246 г. Фо-то: И. А. ОрецкаяСистематическое изучение источников и лит. образцов «Деяний...» не проводилось. Внимание исследователей привлекало гл. обр. повествование о крещении имп. Константина, которому нередко приписывали вост. происхождение. Автору «Деяний...» могли быть известны эдесское предание о крещении царя Авгаря, правителя Осроены, вероятно в пространной сир. версии («Учение Аддая»), и предания об обретении Креста в Иерусалиме, в т. ч. «Деяния Иуды Кириака» (Canella. 2006. P. 47-86; Eadem. 2007). В V в. на Ближ. Востоке был популярен литературный сюжет о языческом правителе, страдавшем от тяжкой болезни и исцелившемся благодаря крещению; героями подобных преданий были имп. Константин, эдесский царь Абгар, арм. царь Трдат III(IV) (LP. T. 1. P. CXIV-CXX; Canella. 2006. P. 261-267; ср.: Aiello. 1992. P. 21, 25-27; Pohlkamp. 1992. S. 132; Fowden. The Last Days. 1994. P. 160-162). Происхождение рим. предания о крещении Константина скорее всего было связано с полемикой между христианами и язычниками в IV-V вв. Так, имп. Юлиан Отступник, с осуждением упоминая о крещении Константина, отметил, что христ. таинство не могло исцелять проказу и другие болезни. Существовало мнение, что император после убийства сына Криспа и др. родственников попросил неоплатоника Сопатра очистить его от скверны, но получил отказ и обратился к христ. епископам (Sozom. Hist. eccl. I 5 - Fowden. The Last Days. 1994. P. 155-158). Подобную легенду привел историк Зосим: после того как жрецы отказались очистить Константина от скверны, к-рую тот навлек на себя убийством жены и сына, некий египтянин, прибывший из Испании (подразумевается еп. Осий Кордубский), посоветовал ему стать христианином. Из-за волшебных чар, наведенных египтянином, император отказался участвовать в жертвоприношении на Капитолии (Zosim. Hist. II 29). Зосиму скорее всего было известно христ. предание о крещении Константина в Риме, и он изложил альтернативную версию с языческой т. зр. (Fowden. The Last Days. 1994. P. 163-166; ср.: Aiello. 1992. P. 28-38). Идеализация Константина в «Деяниях...» могла быть связана с враждебным отношением к нему авторов-язычников, которые осуждали его поведение (Aiello. 1992. P. 52-55). Согласно нек-рым преданиям V в., епископом, крестившим имп. Константина, был не Евсевий Никомидийский, а Евсевий Римский. Так, в арм. соч. «Агафангел» царь Трдат после крещения посещает Рим и встречается с имп. Константином и еп. Евсевием (Fowden. The Last Days. 1994. P. 158-162; ср.: Loenertz. 1975). Возможно, автор «Деяний...» был знаком с подобными преданиями и заменил Евсевия С., к-рый возглавлял Римскую Церковь на протяжении почти всего правления имп. Константина.

Описание триумфа христианства в «Деяниях...» сопровождается обращением к теме традиц. рим. ценностей. Христианство изображено как религия, в наибольшей степени соответствующая представлениям о «благочестии» и «справедливости» (Sessa. 2017. P. 83-85; ср.: Eadem. 2010. P. 94). Отождествление язычества с грубым идолопоклонством, магией и человеческими жертвоприношениями можно рассматривать как «полемическую карикатуру на современные культовые практики язычников» (Pohlkamp. 1984. S. 380-384). Следуя советам жрецов и участвуя в языческих обрядах, император едва не становится кровавым тираном, подобным царю Ироду; последовав спасительному наставлению апостолов Петра и Павла, он переживает духовное обновление и получает исцеление в крещальной купели. Аллегория окончательной победы над язычеством представлена в рассказе о заточении дракона, к-рого содержали жрецы. По одной из версий, автор подразумевал реальный языческий культ, связанный с поклонением змею (Idem. 1992. S. 168-169); по др. версии, он адаптировал сюжет народного предания, распространенного в Риме и Италии (Santangeli Valenzani. 2007; ср.: Moralee. 2018. P. 191-192) (ср.: Quodvultdeus. De promiss. 3. 38. 43). Подобным образом автор «Деяний...» осуждает иудаизм, к-рый в его представлении сводится к механическому соблюдению Закона Моисеева, магическим практикам и отрицанию христианства. Он разделяет широко засвидетельствованное в поздней античности мнение об иудеях как о волшебниках и заклинателях, к-рые использовали силу имени Божия (Canella. 2006. P. 256-258; ср.: Dickie M. W. Magic and Magicians in the Greco-Roman World. L.; N. Y., 2001. P. 223-225, 276-282). Изображение развитой религиозной орг-ции под властью первосвященника, напоминающей Церковь (Loenertz. 1975. P. 434), нек-рые исследователи связывали с положением иудеев в кон. IV - нач. V в., когда иудейские патриархи обладали сенаторским достоинством и юрисдикцией над единоверцами (Ehrhardt. 1960. P. 311-312). В описании диспута заметна полемика не только с иудеями, но и с последователями различных христианских течений, в т. ч. с арианами и антихалкидонитами (Pohlkamp. 1992. S. 162-167; Сanella. 2006. P. 179-260). Столкновение С. с чародеем Замбри является своеобразным повторением «волшебного поединка» между ап. Петром и Симоном Магом (см. ст. Петра Деяния), в котором победа апостола означала торжество христ. ортодоксии над ересями. Симон, как и противники С., олицетворял религиозные заблуждения, безнравственность и приверженность магии (Canella. 2006. P. 254-260; Eadem. 2007. P. 95-97). Однако победы С. над язычниками и иудеями не сопровождаются ограничением религ. свободы. По мнению автора «Деяний...», хотя имп. Константин оказывал покровительство Церкви и обязывал подданных проявлять уважение к христианству, он придерживался религ. терпимости. Массовые обращения в христианство были вызваны не репрессивными гос. мерами, а проповедью и чудесами Римского епископа.

В «Деяниях...» С. представлен как идеализированный «добрый пастырь», к-рый заботился о клириках и мирянах, усердно проповедовал, следил за соблюдением церковной дисциплины. При этом его образ содержит особенности, связанные с римским контекстом «Деяний...». Изображение С. как исповедника, который мужественно противостоял гонителям и был готов принять мученическую смерть, могло быть связано с неоднозначной репутацией руководителей Римской Церкви в 1-й четв. IV в. (Pohlkamp. 1984. S. 364-371; Idem. 1992. S. 155-156; Idem. 2008. S. 287-291) (о трудностях, которые испытывала Римская Церковь после «великого гонения», см. в статьях Маркеллин, Маркелл I, Евсевий, Мильтиад). С. приписывается установление литургических обычаев и церковных правовых норм, в т. ч. о разделении доходов на 4 части и о справедливом распределении средств, полученных Церковью по завещаниям. По-видимому, автор учитывал ситуацию, сложившуюся в Римской Церкви после Константина: епископов обвиняли в любви к роскоши и в злоупотреблении церковными средствами, а клириков и монахов - в заискивании перед влиятельными людьми и стремлении к обогащению. Особенно это было характерно для понтификата Дамаса I (366-384) (см., напр.: Cain A. The Letters of Jerome: Asceticism, Biblical Exegesis, and the Construction of Christian Authority in Late Antiquity. Oxf.; N. Y., 2009. P. 47-48, 114-115). В «Деяниях...» С. описывается как достойный преемник апостолов Петра и Павла, которые оказывали покровительство христианам и помогали епископу (Wirbelauer. 2015. P. 320; Sessa. 2017. P. 86). Заботясь о сохранении рим. апостольской традиции, С. отстаивал ее перед «греками». Автор упоминает о противоречиях между христианами Рима и Востока, но признаёт вклад восточных христиан в развитие Римской Церкви. В «Деяниях...» подчеркивается значение Петра и Павла для торжества христианства: именно они убедили императора обратиться к С. и принять крещение. Могилы апостолов упоминаются в связи с гонениями на христиан (мч. Тимофея похоронили рядом с могилой ап. Павла) и в рассказе о действиях императора после крещения (покаяние перед гробницей ап. Петра и основание базилики). С. приписывается ключевая роль в переходе от гонений на христиан к эпохе «торжествующего» христианства; он представляет не только Римский престол, но и в целом христ. Церковь. Это обстоятельство подчеркнуто в законах имп. Константина: епископы подчиняются папе Римскому, как гос. служащие - монарху; признание со стороны папы Римского является критерием легитимности христ. иерархов. Сотрудничество С., олицетворяющего церковную иерархию, и Константина, воплощения монархической власти, представлено как образец для подражания: могущественный император следует наставлениям мудрого понтифика, к-рый руководствуется заботой о спасении людей (напр.: Ehrhardt. 1960. P. 292-293, 302-303). По одной версии, описанное в «Деяниях...» соотношение между духовной и светской властью было характерно для рим. экклезиологии кон. IV - сер. V в. (особое внимание при этом уделяется признанию папского примата светскими властями - Pohlkamp. 1984. S. 377); др. исследователи сопоставляли его с учением свт. Льва I Великого и Геласия I об «auctoritas pontificum» и о «saecularis potestas» (Aiello. 1992. P. 57; ср.: Canella. 2013. P. 241) (ср. закон имп. Валентиниана III 445 г., изданный по инициативе свт. Льва Великого - Liverani. 2008. P. 170-171).

Крещение имп. Константина св. Сильвестром. Капитель церкви мон-ря св. Петра Старого в г. Уэска, Испания. XII в. Фото: GFreihalter/Wikimedia CommonsВремя и обстоятельства составления «Деяний...» остаются предметами дискуссии (см. обзор мнений: Canella. 2006. P. 34-46). «Деяния...» могли быть созданы не ранее понтификата Дамаса I (366-384) и не позднее нач. VI в., когда сказание было уже известно не только в Риме, но и на Востоке (Pohlkamp. 1992. S. 149). Исследователи пытались обнаружить в нем аллюзии на современные автору исторические события IV-V вв. (Wirbelauer. 2015. P. 322). Самая ранняя датировка принадлежит Полькампу: первоначальная редакция (А1) была составлена в кон. IV в. в Риме (Pohlkamp. 1984. S. 357-359; Idem. 1992. S. 149), в условиях относительной религ. терпимости и в то же время противостояния христиан и язычников (ср. дебаты о ликвидации алтаря Победы в сенатской курии в 384; см.: Idem. 1984. S. 391-400). Примерно так же (не позднее нач. V в.) А. Эрхардт датировал общий архетип редакций A и B (Ehrhardt. 1960. P. 290-292). Согласно Э. Вирбелауэру, предание о С. возникло между понтификатами Сириция (384-399) и Келестина I (422-432), но далеко не сразу обрело завершенную форму (Wirbelauer. 2015. P. 325-326). Идеализация имп. Константина христ. авторами, которые полемизировали с язычниками, началась, по мнению В. Айелло, только после разорения Рима готами в 410 г., поэтому сказание было составлено после этой даты (Aiello. 1992). Сцена поклонения имп. Константина гробнице ап. Петра могла быть вдохновлена историческими событиями: публичным покаянием имп. Феодосия I Великого в Медиолане в 390 г. (Pohlkamp. 1984. S. 378-379) и посещением гробницы в 403 или 404 г. имп. Гонорием, который возложил на нее свою диадему (Liverani. 2008. P. 168). П. Ливерани отметил, что предание об исцелении имп. Константина от проказы существовало при папе Льве I Великом (440-461), когда на фасаде базилики св. Петра была выполнена мозаика с изображением императора и надписью, в к-рой выражалась благодарность Христу и апостолу за исцеление (Liverani. 2008). Левизон относил составление «Деяний...» ко 2-й пол. V в. (Levison. 1924. P. 185-186, 207-208; Caspar. 1930. S. 128-129), Л. Дюшен - к кон. V в. (LP. T. 1. P. CX-CXIV). Редакцию B обычно датируют кон. V в. (Levison. 1924. P. 191-211; Pohlkamp. 1992. S. 161-162), указывая на отражение в ней христологических споров, связанных скорее всего с Халкидонским Собором (напр.: sicut in eo plena diuinitas erat, sic in eo plena humanitas; см.: Levison. 1924. P. 199-200; Ehrhardt. 1960. P. 290-292; Pohlkamp. 1992. S. 177-179). Описание диспута в редакции B содержит многочисленные параллели с соч. «Спор Арнобия с Серапионом» (CPL, N 239) рим. богослова Арнобия Младшего (сер. V в.) (Levison. 1924. P. 201-208; Idem. 1926; Beynast. 2010. P. 204; см.: Canella. 2013. P. 252-253). Опираясь на предположение о том, что редакция A была составлена из 3 частей (юность и церковное служение С.; крещение Константина; диспут с иудеями - Aiello. 1992. P. 22), Т. Канелла сформулировала гипотезу о постепенном формировании сказания между 1-й пол. V и сер. VI в.: на основе легенд о крещении имп. Константина, принесенных в Рим из Сиро-Палестинского региона, к нач. VI в. была создана первоначальная редакция текста, но окончательный вид (редакция A) сказание приобрело только в сер. VI в. (Canella. 2006. P. 261-267; Eadem. 2013. P. 250-252). Среди аргументов в пользу этой т. зр.- сходность политики религ. терпимости, описанной в «Деяниях...», с политикой кор. Теодориха Великого (493-526) в Италии; в королевских документах, составленных Кассиодором, сформулирован принцип религиозной толерантности (напр.: religionem imperare non possumus, quia nemo cogitur ut credat inuitus - Cassiod. Variae. II 27; cum diuinitas patiatur diuersas religiones esse, nos unam non audemus imponere - Ibid. X 26. 4) (Canella. 2004; Eadem. 2006. P. 135-177).

Одно из самых ранних упоминаний о «Деяниях...» содержится в «Декрете Геласия» (кон. V - нач. VI в.), в перечне сочинений, одобренных для чтения верующими: «Деяния блж. Сильвестра, предстоятеля апостольского престола», хотя и анонимные, были распространены среди христиан в Риме и в др. местах (actus beati Silvestri apostolicae sedis praesulis, licet eius qui conscripserit nomen ignoretur, a multis tamen in urbe Roma catholicis legi cognovimus et pro antiquo usu multae hoc imitantur ecclesiae - Das Decretum Gelasianum de libris recipiendis et non recipiendis / Hrsg. E. von Dobschütz. Lpz., 1912. S. 9-10, 42-43). Возросший интерес к образу С. получил отражение в т. н. Симмаховых фальшивках, псевдоисторических документах, составленных во время конфликта между папой Симмахом и антипапой Лаврентием (между 498 и 507). Чтобы оправдать поведение Симмаха и склонить на его сторону общественное мнение, составители фальшивок обращались к вымышленным событиям из истории Римской Церкви. Так, в «Деяниях Либерия» упоминается о «книге Сильвестра, епископа римлян», к-рый крестил и исцелил от проказы имп. Константина (Wirbelauer. 1993. S. 250, 256). В этом же сочинении сделана попытка устранить противоречие между сведениями о крещении Константина еп. Евсевием Никомидийским и рим. преданием о С.: по мнению автора, в Никомидии епископом-арианином был крещен не Константин, а его «племянник» Констант (Ibid. S. 250, 260; см.: Pohlkamp. 1992. S. 182; Canella. 2006. P. 16-17; Eadem. 2007. P. 98-99). Соч. «Постановление Сильвестра» (Constitutum Silvestri) представляет собой акты Римского Собора, якобы проведенного С. вскоре после крещения имп. Константина, 29-30 мая 324 г. «в Домициановых термах, что ныне именуются Траяновыми». На Соборе присутствовали 284 епископа, не считая 57 епископов «из области Ринокоруры», а также римское духовенство и Кальпурний, к-рый «сначала был язычником, затем христианином и префектом города». Среди соборных постановлений - осуждение еретиков, к-рые неправильно вычисляли пасхалию (сторонники Симмаха использовали старую рим. пасхалию и отвергали пасхалию Виктория Аквитанского); правила суда над разными чинами священно- и церковнослужителей, в т. ч. запрет клирикам посещать светские суды; адм. распоряжения, относившиеся к Римской Церкви (разделение церковных доходов на 4 части, назначение 7 диаконов и распределение между ними городских регионов); правила принятия в клир и допуска к церковным должностям (cursus). Впосл. наибольшую известность получило постановление «никто да не судит первенствующий престол» (nemo enim iudicabit primam sedem), к-рое использовалось при обосновании папского примата. Решения Собора были утверждены имп. Константином и его матерью Еленой (Wirbelauer. 1993. S. 228-247). К более позднему времени относятся послание участников Никейского Собора к С., в к-ром руководители Собора (епископы Осий Кордубский, Аттик К-польский и рим. легаты Виктор и Винцентий) просили утвердить принятые ими постановления, и ответ понтифика (Ibid. S. 304-307). Послания приложены ко 2-й редакции актов Римского Собора 324 г., озаглавленной «каноны св. епископа Сильвестра»; в нее входят 26 канонов с рядом дополнений (Ibid. S. 308-315). Эти тексты были затем отредактированы сторонниками антипапы Лаврентия, возможно, при участии Дионисия Малого. При этом были улучшены язык и стиль текстов, соборные акты получили более правдоподобную форму протокола, были упорядочены и разделены на 28 канонов. Лаврентиевские правила лишь отчасти соответствуют правилам 2-й (симмаховой) редакции; добавлен ряд канонов, посвященных в основном дисциплине клириков; редакторы попытались в большей мере привязать тексты к никейским правилам (приведено исповедание веры, напоминающее Никейский Символ веры; в послании С. содержится осуждение манихеев и сторонников ошибочной (в данном случае - старой римской) пасхалии, а также еретиков Фотина, Савеллия и Ария и т. д.). Изменения, направленные против Симмаха и его сторонников, были призваны укрепить позиции Лаврентия (Ibid. S. 317-342). Т. о., составители Симмаховых фальшивок не только использовали «Деяния Сильвестра» как источник сведений об истории Римской Церкви, но и добавили к ним вымышленные эпизоды (в «Деяниях...» не упом. о Никейском Соборе и о Соборе, к-рый С. якобы провел в Риме). Благодаря распространению этих текстов правила, к-рые приписывались С., вошли в состав канонических сборников (см., напр.: Moreau. 2012. P. 573-581). По-видимому, на рубеже V и VI вв. укрепилось почитание С. в Риме: папа Симмах заново построил рим. «базилику святых Сильвестра и Мартина» (LP. T. 1. P. 262); некоторые исследователи полагали, что именно тогда С. был «канонизирован» (Loenertz. 1975; ср.: Pohlkamp. 1992. S. 184, 187).

Жизнеописание С. в Liber Pontificalis включает сведения, заимствованные из разных источников. Сообщается, что С. был римлянином, сыном некоего Руфина; во время гонения на христиан при имп. Константине он удалился на гору Сирапт (Соракт), по возвращении оттуда крестил императора, который исцелился от проказы. В связи с Никейским Собором по совету императора С. провел Собор в Риме, на к-ром были приняты дисциплинарные и обрядовые постановления (constitutum de omni ecclesia) (заимствованы из «Постановлений Сильвестра», преимущественно из лаврентиевской редакции). Основную часть текста занимает повествование о базиликах, построенных имп. Константином, с подробными перечнями церковных ценностей и владений; дважды сообщается об основании «титула Эквиция», или «титула Сильвестра». Упоминается о совершённых С. рукоположениях и о его погребении на кладбище Присциллы; в заключение он назван «воистину католиком и исповедником» (qui uero catholicus et confessor quieuit - LP. T. 1. P. 74-81, 170-187; Liber Pontificalis. 1898. P. 47-72; см.: McKitterick R. Rome and the Invention of the Papacy: The Liber Pontificalis. Camb. etc., 2020. P. 97-103).

«Деяния Сильвестра» и связанные с ними предания об имп. Константине первоначально были мало известны за пределами Рима. В 1-й пол. VI в. они получили распространение на Востоке; среди самых ранних примеров - изображение (вероятно, мозаика) крещения и исцеления имп. Константина в ц. св. Полиевкта в К-поле (1-я четв. VI в.). Тогда же «Деяния...» были переведены на греч. язык (Fowden. Constantine. 1994). Лат. авторы долгое время не были знакомы с преданиями о крещении Константина или игнорировали их (LP. T. 1. P. CXV-CXVI), хотя «Деяния...» оказали влияние на агиографическую лит-ру (Levison. 1924. P. 213-214). Так, в «Трехчастной церковной истории» Епифания Схоластика и Кассиодора (сер. VI в.) воспроизведены свидетельства вост. церковных историков Сократа, Созомена и Феодорита о крещении имп. Константина перед смертью в Никомидии; о рим. преданиях не упоминается (Cassiodori-Epiphanii Historia ecclesiastica tripartita / Ed. W. Jacob, R. Hanslik. W., 1952. P. 154. (CSEL; 71)). В монашеском «Правиле Учителя» (VI в.) упоминается, что поститься в четверг и воскресенье «в своих книгах запрещает св. Сильвестр» (Regula Magistri. 28. 41-43 // La Règle du Maître / Éd. A. de Vogüé. P., 1964. T. 2. P. 158. (SC; 106); Pohlkamp. 1992. S. 183). В кон. VI в. еп. Григорий Турский, описывая крещение франк. кор. Хлодвига, уподобил короля имп. Константину, а крестившего его св. Ремигия - С. (Greg. Turon. Hist. Franc. II 31; см.: Heinzelmann M. Clovis dans le discours hagiographique du VIe au IXe siècle // Biblioth. de l'École des chartes. P., 1996. T. 154. N 1. P. 91; Idem. Gregory of Tours: History and Society in the 6th Century. Camb., 2001. P. 133). Вслед за Григорием Турским это сопоставление делали и др. франк. авторы (см., напр.: Gabet Ph. Constantin et Clovis, développements et transformations rémois aux IXe et Xe siècles // Clovis, histoire et mémoire / Éd. M. Rouche. P., 1997. T. 2. P. 73-81). Однако при описании правления имп. Константина Григорий Турский упомянул лишь о том, что «Церкви возвращен был мир», а также об убийстве императором жены и сына и об обретении Креста (Greg. Turon. Hist. Franc. I 36). Венанций Фортунат в повествовании о победе св. Марцелла, еп. Паризийского (Парижского), над драконом указал на схожий эпизод из «Деяний Сильвестра» (MGH. AA. T. 4. Pars 2. P. 54). В кон. VII в. св. Альдхельм пересказал сведения о победе С. над драконом, о крещении имп. Константина и о диспуте с иудеями, а также привел предание о видении императора и об основании К-поля по благословению С. (Aldhelmus. De virg. 25 // Aldhelmi Malmesbiriensis Prosa de virginitate / Ed. S. Gwara. Turnhout, 2001. P. 301-321. (CCSL; 124A)). При этом в офиц. документах, изданных рим. понтификами, до VIII в. предания о С. и имп. Константине не упоминаются. Только папа Адриан I (772-795) стал использовать образ Константина Великого - 1-го христ. императора, к-рый почитал и возвеличивал Римскую Церковь (Moreau. 2012). В 778 г., призывая Карла Великого передать ему владения, некогда отнятые лангобардами, понтифик упоминал о благодеяниях имп. Константина Римской Церкви при С., в т. ч. о наделении юрисдикцией «в западных странах» (Codex Carolinus. 42 // MGH. Epp. T. 3. P. 587). Отстаивая рим. обычай соблюдать пост в пятницу и субботу, он ссылался на учение «наших наставников, святых отцов» С., папы Иннокентия I, Иеронима и Исидора Севильского (Codex Carolinus. 97 // Ibid. P. 648). О благодеяниях равноапостольных Константина и Елены Римской Церкви, к-рую они чтили «как главу всех Церквей», сообщается в послании Адриана I визант. имп. Константину VI и его матери св. Ирине (785). Приведенная в послании пространная цитата из «Деяний Сильвестра», в к-рой упоминалось об изображениях апостолов Петра и Павла, была призвана доказать почтительное отношение прежних императоров к Римской Церкви и в то же время служила аргументом в пользу иконопочитания (ACO II. Vol. 3. Pars 1. P. 120-127). Впосл. к этому примеру неоднократно обращались франкские богословы, критически относившиеся к почитанию изображений (см.: Noble T. F. X. Images, Iconoclasm, and the Carolingians. Phil., 2009. P. 191-192, 270, 284, 318).

Предания о С. и имп. Константине получили дальнейшее развитие в соч. «Постановление Константина», в котором сообщается о Константиновом даре. Сочинение представлено как имп. эдикт, изданный в пользу «верховного понтифика и вселенского папы» С. и его преемников на «священнейшем престоле блаженного Петра» (по замыслу составителя, это был один из законов, упомянутых в «Деяниях Сильвестра»). В нем подробно описываются обращение к вере и крещение имп. Константина, и перечислены исключительные почести и привилегии, дарованные Римскому епископу (Das Constitutum Constantini. 1968. S. 55-98). Среди исследователей нет единства по вопросу о времени составления текста (между сер. VIII в. и нач. IX в.), а также о месте и о целях его создания (обычно считают, что сочинение было написано в Риме) (см.: Mureşan. 2019. P. 146-159). Значительную часть «Постановления Константина» занимают пересказ и цитаты из «Деяний...», к-рые послужили важнейшим источником сочинения (ср.: Levison. 1926). Развивая и усиливая мотивы сотрудничества епископа и императора, смирения и благоговения монарха перед христ. святынями (Pohlkamp. 1984. S. 379), а также духовного авторитета епископа, его права распоряжаться церковным имуществом (Sessa. 2010. P. 87-94), составитель «Постановления Константина» заявил о превосходстве духовной власти над светской и обосновал идею папского универсализма. Торжество христианства в Римской империи привело к тому, что гос-во уступило значительную часть полномочий церковной иерархии в лице папы Римского; папское служение уподобилось служению императора (Mureşan. 2019). Мифологизированный образ С. в повествовании о Константиновом даре превращается в олицетворение духовного авторитета, церковной юрисдикции и светской власти папы Римского. Текст «Постановления Константина» был включен в Лжеисидоровы декреталии, где приведены также соч. «О первоначальной Церкви и Никейском Соборе» (здесь сообщается в т. ч. о том, что Константин уступил имп. престол папе Римскому) и «Извлечение из соборных деяний св. папы Сильвестра» (сокращенная редакция «Постановления Сильвестра») (Decretales Pseudo-Isidorianae et capitula Angilramni / Ed. P. Hinschius. Lpz., 1863. P. 247-254, 449-451).

Победа св. Сильвестра над драконом. Исцеление Порфирия и Торквата. Роспись капеллы Барди ди Вернио в ц. Санта-Кроче во Флоренции. Ок. 1340 г. Мастер Мазо ди Банко. Фото: Sailko/WikimediaВ средние века предания о С. получили широкую известность и многократно воспроизводились агиографами, проповедниками, хронистами. Чаще всего средневековые авторы пересказывали «Деяния Сильвестра», напр., Иаков из Варацце в «Золотой легенде» (Иаков Ворагинский. Золотая легенда / Пер.: И. И. Аникьев, И. В. Кувшинская. М., 2017. Т. 1. С. 108-118; см.: Hollerich. 2021. P. 168-170; о средневековых пересказах «Деяний...» на нем. языке см.: Бойцов. 2009. С. 227-230). Размышления о соотношении духовной и светской власти нередко сопровождались обращениями к преданиям о С.: одни авторы видели в них образец гармоничного сотрудничества между высшим церковным иерархом и высшим светским правителем, другие осуждали притязания Римских пап на светскую власть и призывали ограничить церковную юрисдикцию. При этом обычно использовали не «Деяния...», а различные версии предания о Константинове даре, к-рый критики Папского престола чаще всего воспринимали как печальное событие, приведшее к многочисленным бедствиям. Для таких мыслителей С. был одиозной фигурой, олицетворявшей алчность и властолюбие церковных иерархов (напр.: Defensor pacis. I 19. 8-9 // Marsilius von Padua. Defensor pacis / Hrsg. R. Scholz. Hannover, 1933. S. 131-132. (MGH. FontIur; 7)). Наиболее известны формулировки Данте: «О Константин, каким злосчастьем миру/не к истине приход твой был чреват,/а этот дар твой пастырю и клиру!»; «дело это гибель в мир внесло» (La Divina Commedia. Inferno. 19. 115-117; Paradiso. 20. 60). Впосл. кард. Цезарь Бароний отстаивал достоверность преданий, изложенных в «Деяниях Сильвестра», и рассматривал Симмаховы фальшивки как подлинные документы, однако Константинов дар он считал подлогом, сделанным греками для дискредитации Папского престола (Baronius C. Annales ecclesiastici. R., 1594. T. 3. P. 236-264; см.: Hollerich. 2021. P. 211-217). Влияние преданий о С. на средневек. политические идеи получило отражение в иконографии. Так, мозаика из триклиния папы Римского Льва III (795-816) в Латеранском дворце включала парные изображения Христа, к-рый передает С. ключи от Царства Небесного, а имп. Константину - знамя, и ап. Петра с папой Львом III и Карлом Великим (мозаика была искажена при реставрации и перенесении на новое здание в XVII-XVIII вв.). Др. известные примеры - росписи ц. Сан-Сильвестро в Тиволи (кон. XII - нач. XIII в.) и капеллы во имя С. в римской ц. Увенчанных мучеников (Санти-Куатро-Коронати) (1246/47) (см., напр.: Бойцов. 2016. С. 140-141), а также фрески Мазо ди Банко в капелле Барди ди Вернио в ц. Санта-Кроче во Флоренции (ок. 1340).

Поминовение С. в катакомбах Присциллы 31 дек. указано в рим. календаре «Depositio episcoporum» (сер. IV в.) и в Иеронимовом Мартирологе (MartHieron. Comment. P. 16-17). Молитвы для мессы в день памяти святого впервые приведены в Веронском Сакраментарии, где они помещены перед 1 нояб. среди заупокойных молитв (к ним добавлена молитва об упокоении папы Симплиция (468-483)) (Sacr. Veron. Р. 146). В Геласия Сакраментарии поминовение С. отсутствует, но оно указано во франко-геласианских сакраментариях и в Пражском Сакраментарии кон. VIII в. (Das Prager Sakramentar [Cod. O.83 (Fol. 1-120) der Bibliothek des Metropolitankapitels] / Hrsg. A. Dold, L. Eizenhöfer. Beuron, 1949. Bd. 2. S. 8*), а также в разных редакциях Григория Сакраментария (Sacr. Greg. T. 1. P. 111; Liber Sacramentorum Paduensis (Padova, Biblioteca Capitolare, cod. D 47) / Ed. A. Catella et al. R., 2005. P. 181-182). Память святого под 31 дек. значится в рим. лекционариях VII-VIII вв. (Klauser T. Das römische Capitulare evangeliorum. Münster, 1935. S. 13, 58, 102, 140, 173; ср.: Frere W. H. Studies in Early Roman Liturgy. L., 1930. Vol. 1: The Kalendar. P. 31, 85) и в антифонариях IX в. (Antiphonale Missarum Sextuplex / Ed. R.-J. Hesbert. R., 19672. P. LXXXIV-LXXXV, 20-23). Неясно, где именно совершалось поминовение С.; проповедь свт. Григория I Великого в день памяти святого была произнесена «в базилике блж. Сильвестра» (habita ad populum in basilica beati Siluestri die natalis eius), т. е. в храме над катакомбами Присциллы или в ц. святых С. и Мартина (Сан-Мартино-аи-Монти) (Gregorius Magnus. Homiliae in Evangelia / Ed. R. Étaix. Turnhout, 1999. P. 58. (CCSL; 141)). За пределами Рима литургическое почитание С. засвидетельствовано относительно поздно. Так, во франк. богослужебных книгах поминовение святого появилось лишь в VIII в. под рим. влиянием (напр.: Liber Sacramentorum Augustodunensis / Ed. O. Heiming. Turnhout, 1984. P. 11-12. (CCSL; 159B); Liber Sacramentorum Gellonensis / Ed. A. Dumas. Turnhout, 1981. P. 9. (CCSL; 159)). Далеко не сразу поминовение С. было воспринято в Сев. Италии. В амвросианских сакраментариях IX-X вв. из Бергамо и из Бьяски праздник не указан, но он внесен в сакраментарий IX в. из миланской ц. Сан-Симпличано (Frei J. Das ambrosianische Sakramentar D 3-3 aus dem mailändischen Metropolitankapitel. Münster, 1974. S. 310), в смешанный «Sacramentarium Triplex» (Zürich. Zentralbibl. C 43. Fol. 22v-23r, 1-я пол. X в.), в сакраментарий архиеп. Ариберта (XI в.) и в более поздние богослужебные книги (напр.: Manuale Ambrosianum / Ed. M. Magistretti. Mil., 1905. Pars 1. P. 196; Pars 2. P. 78-79). Хотя «Деяния Сильвестра» сохранились в т. ч. в испан. рукописях (напр.: Paris. Nouv. acq. lat. 2178, XI в., из аббатства Силос; см.: Levison. 1924. Р. 170), в испано-мосарабском обряде почитание С. не засвидетельствовано (31 дек. совершалась память мученицы Колумбы, пострадавшей в Сенонах (ныне Санс, Франция)). Начиная с VIII-IX вв. поминовение святого указывалось в большинстве зап. календарей и мартирологов, отражавших преимущественно рим. традицию (см., напр.: Quentin H. Les martyrologes historiques du Moyen Âge. P., 1908. P. 56, 92, 126, 339, 451, 485, 626-627; Der karolingische Reichskalender. 2001). В Риме праздник С. был одним из традиц. дней совершения папской коронации, при папе Александре IV (1254-1261) он получил статус «двойного» праздника (Le Liber Censuum de l'Église romaine / Éd. P. Fabre. P., 1905. T. 2. Р. 90; Van Dijk S. J. P. The Ordinal of the Papal Court from Innocent III to Boniface VIII and Related Documents. Fribourg, 1975. P. 28, 56, 84, 124-125, 133-135). Сохранилась проповедь папы Иннокентия III (1198-1216) в день памяти святого (PL. 217. Col. 481-484). В календаре тридентского Римского Миссала память С., папы и исповедника, указана как «двойной» праздник (Missale Romanum ex decreto sacrosancti Concilii Tridentini restitutum. Venetiis, 1570. Fol. 17v-18v). Под 31 дек. в Римский Мартиролог было внесено поминовение С., который «крестил императора Константина Великого и утвердил Никейский Собор» (MartRom. Comment. P. 610). В совр. редакции Римского Мартиролога под этим днем также указана память С., который «много лет благоговейно управлял Римской Церковью, при нем август Константин построил досточтимые базилики и Никейский Собор провозгласил учение о Христе как о Сыне Божием» (MartRom (Vat). P. 655). Поминовение С. включено в совр. календарь Римско-католической Церкви.

Попытки идентифицировать усыпальницу С. в катакомбах Присциллы не увенчались успехом. В рим. источниках катакомбы иногда именовались в честь святого («кладбище Присциллы у св. Сильвестра» - Codice. 1942. Vol. 2. P. 60; LP. T. 1. P. 509). Во время археологических раскопок 1890 г. на поверхности земли были обнаружены и в 1906-1907 гг. повторно исследованы остатки двойного храма, состоявшего из 2 мавзолеев (реконструирован в 1907). Возможно, первоначально место было занято погребальным участком рода Ацилиев Глабрионов. В III или нач. IV в. там был возведен мавзолей, к к-рому с зап. стороны впосл. пристроили апсиду; затем почти вплотную к нему был сооружен еще один мавзолей с апсидой. В обоих зданиях были лестницы, к-рые вели в катакомбы, к усыпальнице мч. Кресцентиона в крипте Ацилиев. Предположительно на рубеже IV и V вв. мавзолеи были соединены пристройкой. Внутри здания и вокруг него находилось множество захоронений. Мн. исследователи отождествляли здание с базиликой С., в к-рой, согласно рим. итинерариям VII-VIII вв., почивало «множество святых». С. был похоронен в мраморной гробнице, в ногах у него находилась гробница еп. Сириция, с правой стороны - гробницы епископов Келестина I и Маркелла; под алтарем были погребены мученики Феликс и Филипп (пам. 10 июля), в подземных помещениях - Кресцентион и др. мученики (Codice. 1942. Vol. 2. P. 76-77, 116-117, 144). Здесь же были похоронены папы Либерий и Вигилий (537-555). Имя С. значится в перечне гробниц рим. святых, масло от к-рых было послано лангобардской кор. Теоделинде († 627) (Ibid. P. 44-45) (Marucchi O. La basilica papale del cimitero di Priscilla ritrovata ed in parte ricostruita dalla Commissione di Archeologia Sacra // NBAC. 1908. Vol. 14. P. 5-125; Pietri. 1976. P. 71-72). Однако Ф. Толотти локализовал гробницы Римских епископов под землей в обширном 8-гранном кубикуле g25 («нимфей»), к-рый был сооружен на рубеже III и IV вв. (Tolotti F. Il cimitero di Priscilla: Studio di topografia e architettura. Vat., 1970. P. 237-257; Pohlkamp. 1992. S. 188-194; Idem. 2008. S. 255-269). При этом ни в базилике, ни в подземном кубикуле не были обнаружены надгробные надписи или др. свидетельства принадлежности захоронений Римским епископам (см. также: Pergola Ph. Le catacombe romane: Storia e topografia. R., 1998r. P. 130-137; Amore A. I martiri di Roma / Ed. A. Bonfiglio. Todi, 2013. P. 59-61, 68, 71).

В V-VIII вв. основным местом почитания С. в Риме скорее всего был «титул Эквиция», или «титул Сильвестра» на Эсквилине (см.: Pohlkamp. 2008. S. 270-285). Начиная с VI в. «титул Эквиция» упоминается в источниках как церковь святых Мартина и С. (возможно, там находились 2 храма, носившие имена этих святых). Папа Симмах (498-514) заново построил «базилику святых Сильвестра и Мартина» (LP. T. 1. P. 262). При раскопках было обнаружено здание III в., к-рое первоначально отождествили с «титулом Эквиция», но совр. исследователи полагают, что там находились торговые или складские помещения, и только при папе Симмахе здание было передано для церковных нужд. Существующая 3-нефная базилика была возведена по распоряжению папы Сергия II (844-847), к-рый основал при ней мон-рь; папа Лев IV (847-855) украсил храм росписями (LP. T. 2. P. 93-97, 131). Впосл. церковь обычно именовалась в честь св. Мартина (Сан-Мартино-аи-Монти) (подробнее см.: Krautheimer R. et al. Corpus Basilicarum Christianarum Romae. Vat., 1967. Vol. 3. P. 87-124; Pietri. 1976. P. 17-21; Accorsi M. L. Il complesso dei SS. Silvestro e Martino ai Monti dal III al IX secolo: Appunti di studio // Ecclesiae Urbis: Atti del congresso internazionale di studi sulle chiese di Roma (IV-X secolo). Vat., 2002. Vol. 1. P. 533-563; Mulryan M. A Few Thoughts on the Tituli of Equitius and Sylvester in the Late Antique and Early Medieval Subura in Rome // Religious Practices and Christianization of the Late Antique City (4th-7th Cent.) / Ed. A. Busine. Leiden; Boston, 2015. P. 166-178).

Победа св. Сильвестра над драконом. Роспись ц. Сан-Сильвестро в Тиволи близ Рима. 10-е гг. XIII в. Фото: Lalupa/Wikimedia CommonsВ средние века в Риме было 7 храмов во имя С. (Huelsen Ch. Le chiese di Roma nel Medio Evo: Cataloghi ed appunti. Firenze, 1927. P. 464-469). Ораторий С. в папском Латеранском дворце был построен, вероятно, папой Теодором I (642-649) и упоминается при описании событий 687 г.; в 1024 и 1026 гг. в нем проводились заседания Соборов. После избрания понтифика приводили в ораторий С. и усаживали на порфировый трон, после чего вручали ему ключи от дворца (Lauer Ph. Le palais de Latran: Étude historique et archéologique. P., 1911. P. 88, 148, 158, 188-190, 298, 460-461, 486; Le Liber Censuum de l'Église romaine. P., 1905. T. 2. Р. 123; Van Dijk S. J. P. The Ordinal of the Papal Court... Fribourg, 1975. P. 547; см. также ст. Иоанна Папесса). В «Описании Латеранской церкви» Иоанна Диакона (XII в.) неоднократно упоминается о строительстве и освящении Латеранской базилики С. и имп. Константином (Codice. 1946. Vol. 3. P. 329-333, 336, 338, 366, 368-369; Oftestad E. A. The Lateran Church in Rome and the Ark of the Covenant: Housing the Holy Relics of Jerusalem. Woodbridge, 2019. P. 23-26, 69, 218-222). При папе Александре III (1159-1181) в портике храма были выполнены мозаики со сценами крещения имп. Константина, Константинова дара и победы С. над драконом (не сохр.) (см., напр.: Lauer Ph. Le palais de Latran... P., 1911. P. 184; Lavagne. 1977. P. 184-185). С. также приписывали основание Ватиканской базилики св. Петра (Codice. 1946. Vol. 3. P. 383-384, 437). Папа Адриан I учредил при этой базилике диаконию во имя С. (Huelsen Ch. Le chiese di Roma... Firenze, 1927. P. 468).

Начиная с VIII в. центром почитания С. в Риме была ц. Сан-Сильвестро-ин-Капите, основанная папой Павлом I (757-767) как мон-рь святых Стефана и С. Понтифик построил церковь «удивительной красоты», отделанную мрамором и украшенную мозаиками; под серебряным алтарным киворием покоились мощи множества святых, перенесенные из катакомб. Поселив в обители монахов-греков во главе с аббатом Леонтием (Иконием), папа Римский наделил общину земельными владениями и подчинил ей ряд церквей и мон-рей; папскую грамоту об основании мон-ря от 4 июля 761 г. подписали итал. епископы и рим. клирики. Павел I перенес из пригородной усыпальницы мощи С. (9 июня 761), а затем мощи еп. (папы) Стефана I, к-рые он «с великим благоговением» поместил в оратории на верхнем этаже монастырского здания (in superioribus... moeniis) (LP. T. 1. P. 464-465; Codex Carolinus. 42 // MGH. Epp. T. 3. P. 556; MGH. Conc. T. 2. P. 64-71; Federici V. Regesto del monastero di S. Silvestro de Capite // ARSRSP. 1899. Vol. 22. P. 254-263). Начиная с IX в. мон-рь святых Стефана, С. и Дионисия (cata Pauli, inter duos hortos) неоднократно упоминается в документах и при описании различных событий. Монастырская церковь, первоначально 3-нефная базилика, неоднократно перестраивалась (совр. вид приобрела после реконструкций в 1591-1601 и в кон. XVII в.; подробнее см.: Krautheimer R. et al. Corpus Basilicarum Christianarum Romae. Vat., 1970. Vol. 4. P. 148-162). Самыми известными ее святынями были голова Иоанна Крестителя и икона Христа, которую отождествляли с нерукотворным образом из Эдессы (XII-XIII вв.; с 1870 в Ватикане). В 1285 г. папа Гонорий IV передал мон-рь клариссам. В 1517 г. ц. Сан-Сильвестро-ин-Капите стала титульным храмом кардинала-пресвитера. Во время перестройки церкви в 1598 г. были обнаружены мощи С. и др. святых, к-рые затем поместили в главном алтаре (1601); реликварий с черепом С. хранится в сакристии (Giacchetti G. Historia della venerabile chiesa et monastero di S. Silvestro de Capite di Roma. R., 1629; Carletti G. Memorie istorico-critiche della chiesa, e monastero di S. Silvestro in Capite di Roma. R., 1795). В 1873 г. мон-рь был закрыт; в 1885 г. папа Лев XIII передал храм обществу паллотинцев, к-рые совершают богослужения для англоязычных прихожан и паломников.

Средневек. мон-рь во имя С. находился на вершине горы Соратте (ок. 45 км севернее Рима), где, по преданию, святой вместе с рим. духовенством скрывался от гонителей. В ряде источников, начиная с «Деяний Сильвестра», гора именуется Сирапт или Серапт (Syraptin, Serapten; ср.: ACO II. Vol. 3. Pars 1. P. 123-125; Das Constitutum Constantini. 1968. S. 70), поэтому Дюшен полагал, что мифическая гора, о которой говорится в «Деяниях...», была произвольно отождествлена с реальной горой в окрестностях Рима (LP. T. 1. P. CXIX, CCIX; Levison. 1924. Р. 185). В эпоху Римской империи гора Соракт была местом почитания Аполлона Сорана. Согласно преданию, приведенному хронистом Бенедиктом из мон-ря св. Андрея на Соракте (кон. X в.), церковь во имя С. была разрушена имп. Юлианом Отступником и восстановлена папой Дамасом I (Il Chronicon di Benedetto di S. Andrea del Soratte / Ed. G. Zucchetti. R., 1920. P. 5-6, 9-11). Однако сведения об истории мон-ря, включенные в Хронику Андрея, трудно подтвердить или опровергнуть. Обитель на вершине горы Соракт (in Soractis monte) впервые упоминается свт. Григорием Великим в повествовании о препозите св. Ноннозе (Greg. Magn. Dial. I 7. 1-2). Самое раннее упоминание о мон-ре, посвященном С., относится ко времени понтификата Григория II (715-731) (Die Kanonessammlung des Kardinals Deusdedit / Hrsg. V. Wolf von Glanvell. Aalen, 1967r. S. 369). В 747 г. папа Захария передал обитель франк. майордому св. Карломану и затем его брату Пипину Короткому, к-рый в 762 г. вернул ее папе Римскому; вместе с приписными мон-рями святых Стефана, Андрея и Виктора обитель была подчинена рим. мон-рю святых Стефана и С. (Codex Carolinus. 23, 42 // MGH. Epp. T. 3. P. 526-527, 556). По-видимому, после XIII в. монашеские обители на горе Соратте постепенно приходили в упадок. В 1423 г. бенедиктинцы покинули гору, впосл. там жили представители разных католич. орденов и конгрегаций; в XIX в. обители были окончательно заброшены. На вершине горы сохранились остатки средневек. мон-ря (Eremo di San Silvestro), в т. ч. скромная 3-нефная церковь в романском стиле, построенная скорее всего во 2-й пол. или в кон. XII в. (включает элементы храма кон. VIII - нач. IX в.). В крипте под алтарной частью находится скальное «ложе св. Сильвестра»; коридор соединяет крипту с высеченной в скале искусственной пещерой, к-рую, возможно, рассматривали как убежище святого. На горе сохранились также остатки «пустыней» (eremi) Санта-Лучия, Санта-Мария-делле-Грацие, Сант-Антонио, Сан-Себастьяно и пещерная ц. Санта-Романа (Scungio E. «In summo montis cacumine»: Il monastero di S. Silvestro al Soratte // Arte medievale. Ser. 4. R., 2015. Vol. 5. P. 27-58; ср.: Canella. 2010. P. 328-330).

Перенесение мощей С. и др. святых из рим. катакомб в городской мон-рь в 761 г. папа Павел I объяснял в т. ч. угрозой со стороны лангобардов. Во время осады Рима кор. Айстульфом в дек. 755 - янв. 756 г. лангобарды забрали мощи святых, хранившиеся в пригородных храмах (MGH. Conc. T. 2. P. 66; ср.: LP. T. 1. P. 452). Согласно лангобардским преданиям, которые противоречат рим. традиции, мощи С. были вывезены из Рима св. Ансельмом († 803), основателем аббатства Нонантола (совр. пров. Модена). О посвящении монастырской церкви С. впервые упоминается под 780 г. (MGH. Dipl. Kar. T. 1. P. 181), о наличии в мон-ре мощей святого - под 825 г. (Die Urkunden Ludwigs des Frommen / Bearb. T. Kölzer. Wiesbaden, 2016. Tl. 2. S. 620-621. (MGH. Dipl. Kar.; 2)). В X в. было составлено сказание о перенесении мощей С.: когда кор. Айстульф с войском находился в окрестностях Рима, он разрешил св. Ансельму забрать мощи С.; аббат в сопровождении монахов вывез реликвии в Нонантолу (BHL, N 7736-7737; Bortolotti P. Antica vita di S. Anselmo, abbate di Nonantola. Modena, 1892. P. 137-140). В монастырских рукописях X-XI вв. сохранился текст «Деяний Сильвестра» (редакция C) с добавлением сказания о перенесении мощей, а также текст «Постановления Константина» (см.: Levison. 1924. P. 221-222). В XI в. сведения о перенесении мощей были включены в Житие св. Ансельма; в нем сообщается, что св. Ансельм вместе с кор. Айстульфом прибыл в Рим и преподнес папе Адриану I богатые дары, за это понтифик отдал им мощи С. (Bortolotti P. Antica vita... Modena, 1892. P. 125-127, 136). В средние века аббатство Нонантола было одним из крупнейших мон-рей Италии, а мощи С.- его главной святыней. Во время строительства монастырского храма в романском стиле (XI-XII вв.) для хранения мощей С. и др. реликвий была устроена просторная крипта. В 1425 г. из-за подтопления крипты грунтовыми водами мощи были перенесены в главный храм и в 1475 г. освидетельствованы по распоряжению аббата Гуроне д'Эсте. В кон. XVI в. мощи С. и др. святых поместили в монументальную гробницу, воздвигнутую за главным алтарем. Аббатство, принадлежавшее с 1514 г. цистерцианцам, было закрыто в 1769 г. и передано секулярным клирикам (в 1933 бывш. монастырская церковь получила статус малой базилики). Во время реставрации храма в 1913-1918 гг. гробница была разобрана, мощи С. освидетельствованы (1914); в 1991 г. их поместили в новый реликварий из бронзы и стекла. В музее христ. искусства в Нонантоле хранится серебряный реликварий в форме руки, изготовленный в 1372 г. для мощей святого (о почитании мощей С. в Нонантоле подробнее см.: Bortolotti P. Antica vita... Modena, 1892. P. 48-61; Schmid K. Anselm von Nonantola: Olim dux militum - nunc dux monachorum // QFIAB. 1967. Bd. 47. S. 20-21; Baldini M. et al. S. Silvestro I papa: Storia e tradizione delle spoglie del santo conservate nella chiesa abbaziale di Nonantola. Nonantola, 1991; Manarini E. The Translation of St. Sylvester's Relics from Rome to Nonantola: Itineraries of «corpora sacra» at the Crossroads between Devotion and Identity in 8th-10th-Century Italy // Medieval Worlds: Comparative and Interdisciplinary Studies. 2021. Vol. 13. P. 76-103 [Электр. ресурс: www.medievalworlds.net/?arp=0x003c9cd6]).

В Византии

Почитание С. в Византии получило довольно широкое распространение. В IX в. прп. Иосиф Песнописец составил канон С. Память папы Римского под 2 янв. содержится в Типиконе Великой церкви (IX-XI вв.; Mateos. Typicon. T. 1. P. 172). Под этим же числом краткая заметка о папе Римском помещена в Синаксаре К-польской Церкви (сер. X в.), где говорится, что С. род. и воспитывался в Риме, после кончины св. Мильтиада, еп. (папы) Римского († 314), был возведен на епископскую кафедру. Описывается эпизод с префектом Транкилином, к-рому папа предсказал скорую смерть, т. к. тот «наказывал святых». Далее повествуется о том, как С. запер в пещере под Тарпейской скалой огромного змея, к-рый, выходя наружу, своим дыханием отравлял воздух Рима, от чего там умирали дети. С. крестил имп. Константина Великого и смирил самонадеянных иудеев, оживил быка, к-рого умертвил один из евреев по имени Замврий. С. совершил множество др. чудес и в старости отошел ко Господу (SynCP. Col. 365-366). В Василия II Минологии (1-я четв. XI в.) под 2 янв. также содержится краткая заметка о С. и сказано о крещении имп. Константина, которого С. сопровождал до Византия, давая ему наставления в вере (PG. 117. Col. 240). По свидетельству рус. паломника Антония Новгородца, ок. 1200 г. мощи С. находились в К-поле, в храме Св. Софии (Книга Паломник. С. 16, 49, 79).

На Востоке

Память С. в Армянской апостольской Церкви совершается в 1-ю субботу после 30 дек. и в 6-ю субботу после Крестовоздвижения. В Синаксаре Тер-Исраэла (XIII в.) сказание о С. помещено под традиционной датой 2 янв. (25 калоца), причем внутри специально выделено повествование о том, как имп. Константин уверовал во Христа через С. (PO. T. 18. Fasc. 1. P. 166-173). Под этим же числом память С. отмечена мусульманским энциклопедистом аль-Бируни в описании календаря православной общины Хорезма нач. XI в. с указанием «митрополит, который своей рукой обратил в христианство народ Константинополя» (Ibid. T. 10. Fasc. 4. P. 300). В сиро-яковитской традиции наряду со 2 янв. (Ibid. Fasc. 1. P. 69, 117) С. также поминался 19 дек. вместе с [Римскими епископами] Либерием, Ксистом (Сикстом) и Юлием (Peeters P. Le Martyrologe de Rabban Sliba // AnBoll. 1908. T. 27. P. 144, 171). В копто-араб. Синаксаре (XIII-XIV вв.) помимо 2 янв. (7 тубаха), где помещено основное сказание о С. (SynAlex. Pt. 3. P. 552-553; аналогично в эфиоп. Синаксаре под 7 тэрра - PO. T. 45. Fasc. 1. P. 58-61), он поминается также 5 нояб. (9 хатура) в числе отцов I Вселенского Собора, причем в нек-рых рукописях он именуется «патриархом Константинополя» (SynAlex. Pt. 2. P. 268; SynAlex (Forget). T. 1: [Textus]. P. 98).

На Руси

Византия и Запад

Русское искусство